образ Всадника на белом коне, копьем убивающий змею, - образ Георгия Победоносца. А через 960 лет, в 1917-м, - выползшая из черепа его коня "красная змея", и чапаевское "ой ты не вейся, да черный ворон, да над моею головой" уже на подлете, а за ним, через немного лет, и "черные воронки"... Все это, конечно, не просто некие мистические совпадения, а проявление неведомых теперь, давно утерянных знаний и силы древних Вед, которые включали в себя и древние календари-коляды, древнее небесное Коло, круговорот небесных сил и знамений.

Воистину правда: "Волхвы не боятся могучих владык, а княжеский дар им не нужен; правдив и свободен их вещий язык, и с волей небесною дружен...".

Не так все просто и с пушкинской "Песнью о вещем Олеге", написанной, напомним, в 1822 году. Поэт приехал в свою первую ссылку, в Кишинев, 21 сентября 1820г.

Наместником края был И.Н.Инзов, воспитанник Н.Н. Трубецкого, известного своей дружбой с Новиковым (книгоиздателем и масоном) и связями с другими масонами-мартинистами. Со времен Петра I масонские общества возникли и умножались среди дворянства России. Так было и при Александре I, до 1821 года, когда ему стали известны настроения и планы будущих "декабристов". В Кишиневе служили М.Ф.Орлов (начальник Кишиневской пехотной дивизии), и В.Ф. Раевский, - очень образованные люди, любители истории и философии, и также декабристы. Кроме частых и многолюдных обедов и ужинов в доме М.Ф.Орлова, в Кишиневе полулегально действовала масонская ложа "Овидий". Настроения и речи молодого Пушкина тех лет хорошо известны. П.И.Долгоруков в дневниковой записи от 27 мая 1821 года записал его слова, сказанные на обеде у Инзова: "Прежде народы восставали один против другого, теперь король Неаполитанский воюет с народом, Прусский воюет с народом, Гишпанский - тоже; нетрудно расчесть, чья сторона возьмет верх". Инзов тут же перевел разговор на другие темы.