Епископ пригласил к себе одну пожилую даму-благотворительницу. "Вы ведь видите,- сказал он ей,- этот несчастный, иначе его и назвать нельзя; разыщите его жену и дайте ей вот это". И он вручил ей лежавший на письменном столе конверт с очень крупной суммой денег, достаточной для уплаты всех долгов несчастного банкрота. На прощание епископ сказал: "Только никому не говорите, что это от меня. Если он будет слишком настаивать, чтобы узнать, откуда эти деньги, Вы можете сказать, что Дама собравшая их для него - самая милосердная из всех; это - Пресвятая Богородица Постоянной Помощи" ( это - весьма чтимая чудотворная икона Бояшей Матери, известная на Западе под этим названием, а у нас, на Востоке, - под названием Страстной).

В своих пастырских посланиях ревностный архиерей подчёркивал необходимость смирения, то есть, на практике,- послушания законной церковной иерархии. Он защищал чистоту веры и с возмущением отвергал всякое "приспособление" догматов к философии; он считал тяжким преступлением даже малейший уклон от истины и не переносил сделок с совестью в вопросах нравственности.

Мантуанский епископ постоянно призывал мирян к более активному участию в жизни Церкви. При всяком удобном случае, он настаивал на долге совести защищать попранные права рабочих.

Наш святитель обладал красноречием святых. Один богослов, знаток святоотечёских творений, говаривал: "Слушая Преосв. Иосифа, я имею впечатление, что слышу одного из Отцов Церкви".

Как пастырь, епископ редко проявлял строгость. Он предпочитал воздействовать на пасомых "поразительной добротой", как они выражались. Нередко он пробуждал совесть пасомого одним взглядом, отеческой улыбкой, невинной шуткой или ласковым движением руки. Этим методом он очень многих спас от вечной гибели, отчаяния, потери веры.

Один преподаватель гимназии был при смерти после жизни проведённой без Церкви, без Св. Таинств; из уст умирающего были слышны только проклятия и богохульства. Епископ велел спросить его, готов ли он принять "вашего друга Сарто". Больной согласился. Епископ пошёл к нему и говорил с ним действительно "как друг". Больной покаялся и на следующий день умер прекрасною христианскою смертью.