- Запишите меня!
Вызвались также Гриня и Даша. Потом поднял руку Витоля Ненашков, попросил взять его.
- Не берите Витолю, Виктор Васильевич, - сказал Егор.
- Это же почему? - удивленно спросил Уманский.
- Он не пионер... Он не хочет вступать в пионеры. Уманский недоуменно посмотрел на учительницу.
- А ты хоть и пионер, Запашнов, но часто ведешь себя не по-пионерски, строго сказала Антонина Константиновна.
- Правильно, - поддакнул Степан Евтюхов. - Запашнов - первейший хвастун!
Егор погрозил Степе кулаком: я, мол, тебе покажу!
- Перестаньте, как вам не стыдно! - возмутилась учительница.
- Пионер ты, Витоля, или не пионер - не имеет значения, я запишу тебя, сказал Уманский. - Ты крепкий парнишка, такие мне нужны. И самое главное - ты выразил желание поработать.
Широкое, скуластое лицо Витоли было бледным, в глазах стояли слезы. Он, запинаясь, с какой-то злой откровенностью произнес:
- Брешет Ёрка!.. Я хотел стать пионером... Дед Масюта не разрешил... Бил меня...
Видно, Витоле непросто было произнести эти слова. Ребята притихли, уткнулись в парты, неловко им стало отчего-то, стыдновато. Даже Егор, недобро глядевший на Витолю, отвел взгляд.
Почти весь класс вызвался тогда помогать агроному... Расчищать Голубую впадину начали во второй день, и тогда же Егор подрался со Степой Евтюховым. Подрались крепко, до крови. Оба была сильными, и оба не боялись разбитых носов. Агроном едва расцепил их.
- Дураки вы! - стал стыдить он драчунов. - Ваши деды бок о бок дрались в гражданскую войну против врагов, и ваши матери вместе погибли, спасая колхозное добро... Великолепные болваны вы! О, я-то понимаю, почему вы деретесь! Верховодства добиваетесь, атаманства среди ребят.