Также и искусство: оно может звать к наивысшим идеалам (например, с полотен Васнецова, Нестерова) или же губить чистоту человеческих душ отсутствием нравственного чувства.

Точно так же обстоит дело и с социальными реформами. Они могут быть направлены к достижению истинного блага общества, когда разум создающего их будет просвещен светом истины, или ввергать общество в несчастье при следовании законодателями своим ложным идеям.

Поэтому и здесь служение человечеству может начаться у законодателя лишь с просвещения своего разума истиною.

Но повторяем, что таких людей, которые ставят себе высшие цели служения человечеству, очень мало. И обычно, несмотря на величие человеческого разума, жизнь человека жалка, пуста, бесцельна и наполнена суетою и заботами о теле подобно животным.

О глубокой порче современного человечества так пишет о. Павел Флоренский («Общечеловеческие корни идеализма»):

«Распались начала внутренней жизни: святыни, красота, добро, польза не только не образуют единого целого, но даже и в мыслях не подлежат теперь слиянию.

Современная святыня робка и жмется в затаенный, ни для чего более не нужный уголок души.

Красота бездейственна и мечтательна, добро — ригористично; польза — пресловутый кумир наших дней — нагла и жестока. Жизнь распылилась».

А архиепископ Иоанн пишет:

«Затормошенные и оглушенные суетой люди уже не способны думать об истинах великих и вечных, для постижения которых нужна хотя бы минута Божественного молчания в сердце, хотя бы мгновение святой тишины».

Поэтому жизнь и была определена Соломоном, как «суета сует» (Еккл. 1, 2). И тогда нет у человека ответа на вопрос премудрого: «Что пользы человеку от всех трудов его?» (Еккл. 1, 3).

Но не ради такого жалкого положения был создан человек. И не «суета сует» была предназначена ему в удел по предначертанию Творца Вселенной.