Еврейское слово, соответствующее слову őνομα, означает не имя, а самое лицо, самую особу, самое то, что он есть; и потому слова: имели жизнь во имя его "должны пониматься так, что жизнь дается самою сущностью того, что есть сын Божий. Я перевожу: чрез то, что он был.

Слова «очевидцами и служителями Слова» переведены неправильно. В этом выражении логос не может значить «слово»: нельзя быть очевидцем слова. Здесь слово (логос) не может означать ничего иного, как проповедь учения или мудрости; и так и должно перевести.

В предисловии этом (Иоан. ХХ, 31) сказано, что верою в то, что Иисус Христос был сын Бога, люди будут иметь «жизнь».

Точно так же, как в словах возвещение о благе подразумевается какое-то особенное, более твердое, истинное благо, чем то, что люди считают за благо, и в слове жизнь, которую люди будут иметь, очевидно подразумевается какая-то не та жизнь, которую люди считают жизнью. Эта другая жизнь получается верою в то, что есть сын Бога. Хотя и не определено, что надо разуметь подвыражением «сын Бога», указывается на то, что с этой сыновностью Богу связывается и самое возвещение о благе.

Итак, смысл этого стиха Иоанна следующий: написано возвещение о благе для того, чтобы все люди, уверившись в том, что Иисус Христос был сын Бога, получили бы жизнь чрез веру в то, что и есть сын Бога.

РАЗУМЕНИЕ ЖИЗНИ

(Ин. I , 1, 2.)

Началом всего стало разумение жизни.

И разумение жизни стало за Бога.

И разумение-то жизни стало Бог.

Оно стало началом всего за Бога.

Церковный перевод первого стиха не только не имеет никакого смысла, но при том значении, которое он дает глаголу ђν, и не может иметь его.