— Ты нам тут что, стриптиз устраиваешь, а? — подколол меня Пушкинс и добавил совсем уж грубо: — Толстуха!

Тут они как с цепи сорвались:

— Футбольный мяч!

— Бочка!

Я сощурился. Я издал еле слышный звук. Почти неслышный. Все потом утверждали, что это я начал. Вранье. Его и шипением-то не назовешь, этот звук. Так, легкий фырк.

А я говорю, это все Белла. Лапу протянула и похлопала меня по пузу.

— А ну-ка, ребят, пока Таффи нет, давайте погоняем этот здоровенный меховой мячик.

Ну, я, конечно, ей врезал.

А она врезала мне.

Так и началась эта драка. Вернее, всеобщая свалка с летящими во все стороны клочьями шерсти и лоскутами кукольной рубашки. Сначала завязки чепца мне сильно мешали, но я рывком избавился от него и снова набросился на них троих.

Моя маскировка разлетелась по лужайке, и тут все прозрели.

— Стоп, ребят, это все-таки Таффи! Это Таффи!

— Эй, Тафф! Наконец-то!

— Нашелся!

В этот момент в сад вышла Мелани с подносом, неся мой ужин. Банда моя с уважением отступила.

— Свежие сливки! — вздохнула Белла.

— Настоящий тунец! — шепнул Тигр.

— Причем много! — сказал Пушкинс.

Но Мелани не поставила еду передо мной, как обычно.

— Таффи! — строго сказала она. — Что ты сделал с Жаннет?

Я попытался принять вид Жаннет. Но без кружевного чепца и ночной рубашки у меня ничего не вышло.

Мелани огляделась. Повсюду клочья шерсти, жалкие остатки чепца и рубашки…