Неужели от проволоки произошли эти представители животного мира? Мулдашеву это неважно, и, не пытаясь как-то обосновать свой вывод, он решил ехать в Тибет и там искать Генофонд человечества. Да и действительно, где ж его искать, как не в Тибете. Глупо было бы обнаружить среднестатистические глазки где-нибудь в Конотопе, там ловить нечего.

И вот офтальмолог, а точнее — офтальмогеометр (глазник назвал свой метод пунктирных черточек офтальмо геометрией), едет в Тибет. Впрочем, туда ему удалось прорваться только с третьей попытки, поскольку управляющие Тибетом китайские чиновники тянули с визой, и пока он осмотрел достопримечательности Непала. Там нашлось много гораздо более интересного, чем слезящиеся органы зрения немытых аборигенов, а именно — пещеры с нашими предками. А предками этими Мулдашев, следуя указаниям Самой Блаватской, сразу стал считать неких атлантов и лемурийцев. Атланты, само собой, населяли Атлантиду, а лемурийцы — Лемурию, тоже такой мифический материк далекого прошлого Земли. И атланты, и лемурийцы пребывают в пещерах в основном в состоянии сомати, т. е. внешне выглядят как мертвые, а на самом деле являются вполне дееспособными физическими лицами. Они обладают огромной психофизической (а также, вероятно, психохимической) силой и никого к себе не подпускают, тем более что каждую пещеру охраняют некие асури. Последние полупрозрачны и напоминают головастиков, но тоже могут за себя постоять и соматирующего товарища поддержать.

Это далеко не все. Мулдашеву рассказали, что в Гималаях живет некий Харати, обладающий золотыми пластинами. Важно не то, что они золотые, а что на них записаны вся мудрость прошлых веков и всевозможные открытия, которые только предстоит сделать человечеству. Хоть лично офтальмогеометру увидать ни Харати, ни пластин, ни сомати не удалось, он уверенно пишет об этом, как о научно установленном факте. Ну а как же — об этом ему сообщил весьма авторитетный буддийский монах с непроизносимым именем и подозрительной лексикой.