Едва Алеша скрылся за калиткой, Фуго поднялся в Алешину спальню, удобно развалился в кресле и с фальшивым сочувствием спросил у Цицерона:

— И чем ты все это время занимался? Лежал в куче металлолома?

— Нет, — не обращая внимания на тон мимикра, ответил Цицерон. — За время полета я написал книгу — полную историю своей жизни.

— И где же она эта твоя книга? — поинтересовался Фуго и на всякий случай оглядел комнату.

— У меня в голове, — ответил Цицерон. — Я робот, мне совсем не обязательно записывать все на бумаге, у меня отличная память.

— Мда, — с плохо скрытой завистью проговорил мимикр. — А трудно сочинять книги?

— Нет, — сказал бывший грузовой робот. — Если главный герой твоей книги умный, ты заглядываешь в умные книжки, берешь оттуда умные мысли и вкладываешь их в уста героя. А если герой дурак, то можно обойтись и своими мыслями.

— А твой герой умный или дурак? — спросил Фуго.

— Мой герой — это я, — ответил Цицерон.

— Ах, ну да, — вспомнил мимикр. — Значит ты обходился своими мыслями?

— Нет, мне пришлось отыскивать в своей памяти самые мудрые мысли, которые у меня были, — продолжил Цицерон.

— А откуда же у тебя мудрые мысли? — искренне удивился мимикр.

— Откуда, откуда, от верблюда, — ответил Цицерон. — Много лет назад, когда Алешин папа прозвал меня Цицероном, я попросил его дать мне почитать книжки, которые написал этот великий человек. Он и принес их мне. Очень умный был писатель. Такого насочинял, что я еле-еле разобрался, а многое так и не понял. Вот оттуда я и беру умные мысли.

— Хорошо тебе, — вздохнул Фуго. — Ты машина, ничего не забываешь. А мне неделю назад пришла в голова одна очень умная мысль, и пока я размышлял над ней, позабыл с чего начал думать. Всю неделю хожу, вспоминаю.

— А ты завязывай на память узелки, — посоветовал Цицерон.

— Как это? — не понял мимикр.