Как считал молодой человек, эта церковь, отличающаяся здравым смыслом, сухостью и трезвостью, спасет его от нежеланного будущего. Однако протестантизм не помог ему. Исхудавший, всеми брошенный, полубезумный юноша скитался по Порт-о-Пренсе, не чувствуя голода, испытывая лишь страшную жажду. Будущий колдун пил воду из луж, но жажда становилась час от часу сильней. Он точно знал причину происходящего и понимал, что бессмысленно бежать от своей судьбы. От зла не уйдешь, поскольку условия давнего «контракта» были определенными: либо смерть, либо служение силам зла.
Об этом рассказывают и другие шаманы, независимо от того, где они проживают: на Гаити, в Африке или Сибири. Почувствовав в себе дар, человек уже не может отказаться от него: он вынужден стать шаманом или умереть.
Вот как описывал аналогичную ситуацию Уно Харва, якутский шаман: «Я заболел, когда мне был двадцать один год, и начал видеть глазами и слышать ушами вещи, которые другие не могли ни видеть, ни слышать. Девять лет я боролся с духами, не говоря никому о том, что со мной происходит, поскольку боялся, что мне не поверят или поднимут на смех. В конце концов я стал настолько больным, что был близок к смерти. Тогда я начал шаманить, и очень скоро мое здоровье улучшилось. Но даже сейчас я чувствую себя больным, если долгое время не занимаюсь шаманским ремеслом» (Хольгер Кальвайт. «Когда безумие благословенно: послание шаманизма»).