Несколько минут мы стояли неподвижно, ожидая, что будет дальше. Наконец дверь, за которой исчезла кошка, растворилась настежь и на пороге появилась хозяйка дома.

На ней было очень свободное черное платье с длинными рукавами, а на носу поблескивали маленькие очки с прямоугольными стеклами. Роста она была небольшого, но, стоя на ступеньках, могла смотреть на нас сверху вниз.

— Вовремя добрались сюда, — сказала хозяйка.

— Вы сможете помочь ему? — спросила Шиара.

— А зачем бы я посылала за вами Задиру? — усмехнулась хозяйка. — Это мой кот. А вы собираетесь вечно стоять у порога?

И мы вошли внутрь дома. Ступени крыльца не за-скрипели, дверь открылась мягко и беззвучно. Дом, казалось, состоял из одной огромной комнаты, набитой кошками. Я насчитал пять, а потом сбился. Кошки расселись повсюду — на стульях, на тумбочках, даже на шкафу. Посреди комнаты стоял стол, в углу я заметил печку, а за ней небольшую дверцу.

Хозяйка шуганула кошек, развалившихся на стульях, и усадила нас с Шиарой к столу.

— Можешь теперь положить свой ненаглядный меч, — шепнула мне Шиара, — кому он здесь нужен?

— Нет, — Я и сам не знал почему, но с мечом расставаться не желал и сжимал рукоять из последних сил.

— Меч? — оживилась женщина в черном. — О, тот самый! Правильно сделал, что не расставался с ним. Могу я взглянуть на твою руку? — Она подошла ко мне и, не прикасаясь, осмотрела сожженную кисть. Довольно странно, но никакой боли прикосновения незнакомки не причиняли.

— Так я и думала, — сказала она через минуту. — Могло быть очень плохо, но вы пришли как раз вовремя, — снова повторила она. Потом направилась к буфету, вытащила оттуда нечто похожее на высушенный стебель плюща или какого-то другого ползучего растения и, вернувшись ко мне, оплела этим стеблем больную руку. При этом она что-то быстро бормотала себе под нос. Неожиданно ушла невыносимая тяжесть в теле, а голова прояснилась.