-    Вроде как. Бродил, распевал песни. Под нос свои бредни еще шептал, пока везли то его сюда – думал, поди, что и не слышим вовсе, - ан нет, слышали хренотень его всю, как есть слышали ! Ну-с, куда определять то будем, а ? Горяченький еще - свежесхваченный, так сказать.

-    А что именно за бредни то хоть ? Опять что-нибудь про Конец Света поди ? Ныне у нас этих доморощенных Нострадамусов в наших палатах уже итак навалом.

-    Ну … не совсем про то … вроде как. Вы знаете, док, я особо то не прислушивался к его всяческой ахинее – здоровым оставаться, знаете ли, стремлюсь. Но кое-что все же услышал.

-    Любопытненько-парнокопытненько ! Давайте, валяйте-оголяйте, чтоли, правду-матку !

-    Ну … в общем … говорил он прежде всего о том, что вроде как давно он уже здесь живет.

-    В ночлежке то той ?

-    Да нет, в том то и дело-с ! На Земле давно живет ! Что он, якобы, вроде как почти бессмертен, чтоли. Что вновь пришел ко всем нам, так как был позван.

-    Позван ? Интересно, кем ? Уж не своим больным ли воображением, хм ?

-    Не знаю, кем – он не отвечал. Ну, вот, значит был позван-с, и не один причем, а вместе с другими – ну, вроде как братьями, или что-то типа того. Призванниками, так сказать. Что они все пришли помочь нам проснуться, потому что время уже близко.

-    Время, говорите ? Что за время то ? Не половина ль двенадцатого уже у нас на часах время, хаха ?

-    Да нет, время вроде как предназначенное, предначертанное.

-    А проснуться – это как ? Мы с вами вроде итак как не спим, или я уже чего-то не понимаю в этой нашей с вами жизни, ммм ?

-    А леший его знает ! Он еще говорил, что мы спим с открытыми глазами, и что таковым, ну … вроде как туго придется, когда придет это самое время. Что время не будет ждать тех, кто не готов проснуться.

-    Любопытненько !

-    Москитненько ! Блин, док, вы дальше слушайте, чего он вещал то ! Говорил он еще, что вспомнил себя, ну, или что ему помогли вспомнить.