что быть рабом своего энтузиазма — это не так уж и хорошо, и старается, с одной стороны, не расходовать его, когда он появляется, весь сразу, а как-то сохранять, то есть строит на канале плотины с регулируемым сбросом и создает над ними водохранилище, а с другой — старается как в периоды душевной эйфории, так и в депрессивные сохранять относительную устойчивость своих ценностей и как-то поддерживать основные жизненные программы — это уровень страны, сохраняющей главные организационные структуры и экономику даже в периоды парламентских кризисов.

На этом уровне, однако, еще не происходит попытки осмысления источников овновских инвольтаций, то есть человек совершенно не связывает перемены в акцентуации своих внутренних ценностей, усиление, или, наоборот, ослабление общего вдохновения с влиянием своих идеалов и миссии в целом.

Человек, воспитанный в волюнтаристски-атеистической парадигме мышления и считающий себя полновластным хозяином своей судьбы, не допускает существования атманического тела как такового и потому воспринимает овновские трансляции как случайности — благоприятные или нет, и на этом уровне относится к ним механистически, то есть старается благоприятные (по его мнению) овновские энергии использовать в своих целях, а неблагоприятные по возможности сглаживать и регулировать, но никакого высшего смысла в них не видит. Здесь, таким образом, атманическое тело как бы отрезается от буддхиального, а на его место помещается ментальное. Овновский канал от этого, конечно, не перестает функционировать, но его исток для человека делается принципиально недостижимым.

Наоборот, человек верующий на этом уровне склонен отождествлять буддхиальное и атманическое тела, и тогда овновское включение переживается им как религиозное состояние, хотя чаще всего и не слишком выразительное: под "чудесами" люди обыкновенно понимают прямые трансляции из атманического тела в каузальное или еще более плотные — это, так сказать, религиозные чудеса.