Витька Жуков спал и не слышал этого разговора. Мать не разбудила ни его, ни Верку, чтобы они не мешались под ногами, не создавали лишней суеты. Когда он проснулся утром, родителей не было дома, только Верка сопела в своей кроватке. Витька выглянул в окно. Несколько солдат, сгрудившись, жгли какие-то бумаги. Часть людей под командой зампотеха

Он пошел на кухню, поел со сковородки холодную яичницу, накинул на себя короткую курточку на искусственном меху с капюшоном и выскочил из дома. На него никто не обращал внимания. А Витька, росший с пеленок среди военных людей, твердо знал, как надо себя вести, когда окружающим не до твоей персоны. Он миновал жилые постройки, казарму, служебные помещения, поднялся на небольшое плато — самую верхушку острова. Там была вертолетная площадка с растущим на краю ее единственным на островке деревом — голой внизу и пышной с вершины лиственницей.

Пройдя плато, Витька спустился по отлогому склону. Земля кончалась небольшим обрывочком, дальше, чтобы подойти к воде, надо было ступать по камням. Сегодня он не стал этого делать, — слишком высока была волна, слишком шумно била она в берег, слишком далеко катилась, захлестывая сушу…

В такую волну страшновато находиться около океана. Такая волна была в прошлом году, когда произошла памятная многим на островах история с капитаном Баскаковым. Он патрулировал на своем перехватчике вдоль границы и неожиданно получил приказ: идти на перехват чужого самолета, вторгшегося на нашу территорию в дальней точке воздушного рубежа. Летчик настиг нарушителя, но на обратный путь у него не хватило горючего, и он вынужден был катапультироваться над океаном. Почти сутки искали его корабли, самолеты и вертолеты.

Лишь на исходе этих суток катер мичмана Слинько, приписанный к подразделению капитана Жукова, обнаружил прыгающую на волнах оранжевую надувную шлюпку.