Яр и два его сотоварища, Мер и Лель, величать по имени, пробрались во чертоги кощеевы и над Велой парили соколом, зоркий взгляд свой держа во бремени и высоко витая мыслею.

На Инград-Земле и Живград-Земле поднялася смута великая. Не щадили кощеи ни стар, ни млад, обретая всех на погибель лютую.

Асов птицы тем часом железные разбрелися по двум тем Землюшкам. Кто глядел на кощеев с трепетом, тех они во тех землях оставили. Непокорных же, да и стар и млад, на железной птице отправили, повернув назад на Мирград-Землю.

Занялась Инград-Земля огнём-пламенем, кто остался — пропал с кощеями и нашёл себе там пристанище.

Отпустила птица железная изо чрева свого птенца малого. Не сидел внутрях добрый молодец, не сидела там красна девица

Прослыхали тогда кощеевы силы тёмные о народе с Инград-Земли, что вышел на волюшку. Разбросали

они семя тёмное

Но успели прийти помочь асов племени птицы светлые и собрали, кто был живой, да во чрево птицы отправили. Асы, с теми другими народами, восвояси тотчас направили своих птиц железные головы.

А на Веле тогда Кожан сидел со кощеями и ихними слугами. Всё хотели ариев страну забрать, победить её непокорную.

Яр и двое друзей его прибывали мыслею вещею во чертогах оных кощеевых. И прознали кощеев замысел, и решили унесть Велу со свету — погубить кощеево племюшко.

Тит тогда был при Яре писарем, он вошёл во хоромы светлые, что стояли во Мирград-Землюшке, глядь — а Яра уж нет с сотоварищами

Лель и Яр принесли два деревца, посадили в кощеевом логове. Ну а Мер им принёс живой воды да смешал её с водой мёртвою

Взялись за руки други верные, прошептали слова заветные

Деревца те корни пустили враз. Обвили те корни Велу-луну, и давай крошить и давай давить её.

Кожан ведал о том и исчез тотчас, а другие кощеи все сгинули.