Но более того, реальность существования той непостижимой энергии, которая определяется формой полученного нами опыта, можно отчасти признать, лишь приняв на веру то, что такой опыт вообще имеет место быть. Должно быть очевидно, что такой ход мыслей не имеет ничего общего с какими-либо концепциями Платона о природе вещей.

Из европейских философских концепций, свидетельствующих об их интеллектуальном банкротстве, наименее нищей является еврейская Каббала, При правильной интерпретации это бесконечно гибкая символическая система, в которой не принимается аксиом, не излагается принципов и не доказывается теорем, поэтому она при искусном с ней обращении адаптируется для описания любой возможной концепции. С 1898 года она была объектом моего постоянного изучения, также я обнаружил ее бесценное значение при анализе Дао Дз Цзин. С ее помощью я смог представить идеи Лао Цзы исключительно известным мне способом, который я оценил и многократно проверил, используя его при анализе и классификации всех индоевропейских и семитских религий и философий. Несмотря на исключительную сложность сопоставления идей Лао Цзы со всеми прочими, настойчивое использование каббалистических ключей в конечном счете раскрыло передо мной его сокровищницу. У меня появилась возможность разъяснить для себя это учение в понятиях сходных систем.

Это достижение сломило сопротивление моего Сфинкса. Однажды приведя философию Лао Цзы в каббалистическую форму, было легко перевести результат на язык философии. Я приложил много усилий для создания нового языка на основе английского для передачи результатов духовного опыта ученикам, сделав это с помощью нескольких технических терминов, почерпнутых в Азии, и, самое главное, посредством новой концепции о числах, алгебраических и арифметических вычислениях.

Именно поэтому с полной уверенностью я представляя публике этот перевод Дао Дэ Цзин.