— Я имел в виду: дети в вашей деревне есть?

— Дети-то? Есть.

— Кто? Много?

Старик выпрямился и насмешливо посмотрел на внука:

— Откуда — много-то? Не город, поди. В Волчьей сыти с пяток домов всего и осталось…

И он решительно зашагал к почте. А Володька во второй раз подумал: «Точно вляпался. Каникулы, блин…»

На глаза попался вынырнувший из папоротника огромный, серый котище, поразительно напоминающий Ваську. Как понял Володька минутой позже: такой же ленивый. Во всяком случае, котяра ничуть не протестовал, когда его потянули на руки. А когда Володька принялся почесывать ему за ушами, так даже благодарно замурлыкал. И глазища свои зеленые тут же прикрыл. Так же, как и Васька.

«Интересно, — Володька прислонился спиной к огромной, истекающей смолой сосне, — что я в этой дыре целых три недели делать буду? Дышать свежим воздухом — и все? Телевизор смотреть? Ну, что еще? В лес за грибами-ягодами лазить?»

Неожиданно вспомнилось странное название дедовой деревушки, и Володька невольно поморщился: «Вочья сыть. Надо же. Придумывали явно не на ночь глядя. Еще бы знать, шутили или всерьез. Если всерьез… Пожалуй, далеко от деревни и не отойдешь. Сожрут еще! Или летом нет? Что-то такое я читал… Вспомнить бы…»

Кот завозился у него на руках, устраиваясь поудобнее. Володька тяжело вздохнул. Ему вдруг стало жалко брошенного в городе несчастного Ваську. Весь день сидеть одному в пустой квартире…

Но не тащить же его с собой в такую-то даль!

Володька раздраженно посмотрел на здание почты: «Елки, дед так и не ответил, сколько в его деревушке детей! Хорошо бы, кто моего возраста оказался. А что? Запросто на лето могли сюда отправить. Не только же моя мамуля помешалась на экологии и свежем воздухе…»

Дверь почтового отделения заскрипела, и на улицу вышел довольный телефонным разговором прапрадед. Володька выпрямился и раскрыл было рот, но спросить ничего не успел.