– Мистика! – прошептал Анатолий Петрович и упал на руки вожатому Сене, помутненными глазами посмотрел на него, не увидел на месте головы и потерял сознание.

«Наверно, мы все-таки остались невидимками, – подумал Димка. – Только мы видим друг друга, а они нас – нет».

В школе было объявлено ЧП, ученики отпущены домой, учителя собрались на педсовет, чтобы обсудить невероятные события дня. Все как-то боялись смотреть на Анатолия Петровича, который странно изменился. Сперва не могли понять, в чем дело, взволнованные сегодняшним происшествием, потом поняли, – у Анатолия Петровича исчезли усы. Рядом с ним сидел Сеня. На него тоже боялись глядеть: вожатый был без головы!

Но хотя Сеня и был «без головы», но голова-то у него на плечах была. И он начал первым:

– Двадцатый век – век, полный загадок. Все новые и новые проблемы ставит перед человеком природа, и мы их отгадываем. Еще недавно нам казалась мистикой кибернетика, а теперь мы строим считающие машины, они же, машины, разгадывают тайны древних языков, и так далее. Еще недавно мы считали мистикой науку телепатию – о передаче мыслей на расстояние. А теперь?.. А теперь даже я знаю, о чем вы думаете.

– О чем? – робко спросила математичка Гипотенуза Сергеевна.

– О том, что у меня нет головы. А вы пощупайте.

Гипотенуза Сергеевна протянула дрожащую руку и погладила Сеню по голове.

– Вы подумайте! – обрадовалась она. – А в самом деле есть!

– А что это значит? – продолжал Сеня – Это значит, что мы стали участниками какого-то необычного эксперимента, возможно, даже случайного, ибо нельзя же превращать людей в невидимок без их согласия. Поэтому предлагаю обратиться в Академию наук, выяснить, не занимается ли кто-либо из наших ученых этими проблемами.

С ним согласились все.