С бароном Геккерном мы еще встретимся, теперь же заглянем в записки современников об этой высокопоставленной чете.

Подробные воспоминания о них нам оставил князь Петр Владимирович Долгоруков

Граф Нессельроде, по описанию Долгорукова, был человеком самых консервативных взглядов, сложившихся под влиянием безоговорочного авторитета принца Меттерниха. Хитрый, тонкий и ловкий ум сочетались в нем с природной ленью и больше склоняли не к делам государственным, а к трем предметам главного интереса – вкусному столу, цветам и деньгам. Немец по происхождению, он не любил русских и считал их ни на что не способными. Жена же его – "взяточница, сплетница, настоящая баба яга" – отличалась необыкновенной энергией и нахальством, благодаря которым держала весь придворный люд в страхе.

Страх этот был покрепче, чем благоговение перед Бенкендорфом, и устремлял за графиней целые толпы последователей и поклонников, для которых близость к ней давала пропуск в ее самый респектабельный салон столицы, выше которого по положению был только двор императора. Один из поклонников Марии Дмитриевны Нессельроде, барон М.А. Корф, как и ненавидевший ее князь Долгоруков, рисует в воспоминаниях те же ее черты – уничижительная гордость, холодное, презрительное высокомерие, наклонность первенствовать и властвовать, – и добавляет: "Сколько вражда ее была ужасна и опасна, столько и дружба -… неизменна, заботлива, охранительна, иногда даже до ослепления и пристрастия"

Именно такую дружбу и заботу простерла графиня над своим любимцем князем Иваном Сергеевичем Гагариным. Он – еще один непосредственный участник истории с дипломом. На его бумаге, согласно его же признанию, было написано анонимное письмо. Гагарин назвал и того, чьей рукой оно было написано – Петра Владимировича Долгорукова

Наша же экспертиза может зафиксировать первый факт лжесвидетельства. Некие причины заставили солгать князя Гагарина.