— Ты так долго ждал, так жалобно просил и так хорошо мечтал употребить волшебную силу, если она к тебе когда-нибудь придет, что я не смог больше оставаться равнодушным. — Он опять при-слушался, огляделся и, поморгав ресницами, серь-езно продолжил. — Я решил испытать тебя и дове-рить тебе волшебную силу. Ты сможешь вос-пользоваться ей три раза. Так, как пожелаешь. Я не ставлю тебе никаких условий. Решай сам.

И волшебник замер на картинке, словно это не он минуту назад разговаривал с Коськой и обещал ему, ой, даже подумать страшно!

— А слово! Вы забыли сказать волшебное сло-во! — Коська гладил рукой по картинке, пытаясь разбудить Старичка. — Зачем же вы перестали го-ворить? Ну оживите еще раз! Прошу вас! Ну по-жалуйста!

Боровичок открыл глаза.

— Тихо, тихо, — успокоил он мальчика. — Я ниче-го не забыл, — и вновь повторил все оглядывания, прислушивания и моргания. — Я вспоминаю. Ста-ренький уже, сам понимать должен. У нас в вол-шебном деле, как бы тебе сказать, ничего нельзя перепутать, иначе натворишь такого… ну очень много бед. — Он еще немного помолчал, прежде чем спросил. — Знаешь ли ты беседку в садике за вашим домом?

— Там их две! Большую или старую?

— Старую. Ту самую, где под полом за оторван-ной доской живут семь веселых, похожих на мяг-кие пушистые комочки, щенят.

— Знаю, — признался Коська. — У меня там в тай-нике цветные стеклышки лежат.

— Не о стеклышках речь, — остановил Старичок-Боровичок. — Возле этой беседки растет старый карагач…

— А в его дупле живут два задиристых воробья! — подсказал Коська.

— Да-да, — сказал Старичок. — Но и не о воробьях речь. Воробьи, ну их… пусть себе задираются, вы-растут, поумнеют.

Он понизил голос и пригласил Коську сесть поближе.