Едва бадшах кончил говорить, крышка чаши приподнялась, и он увидел, что чаша наполнена сладостями. Попробовав их, бадшах уже не мог оторваться от чаши. Он ел до тех пор, пока чаша не опустела.

— Таких замечательных сладостей не вкушал ни один смертный! — воскликнул он. — Оставь мне волшебную чашу на три дня. Через три дня разъедутся гости» и я отдам её тебе.

Поклонившись бадшаху, Сомилака отправился в свою хижину.

Три дня праздновали во дворце свадьбу. Три дня гости поедали волшебные сладости, и каждый из гостей восклицал при этом:

— Таких сладостей не едали даже боги!

Когда гости разъехались, Сомилака явился за чашей.

— Что тебе здесь надо, грязный кабан? — закричал на него бадшах.

— Я пришёл за своей чашей, милостивый повелитель.

— Всё, что находится в этом дворце, принадлежит мне. Убирайся вон или я прикажу бросить тебя под ноги моим слонам!

— О повелитель! — взмолился Сомилака. — Это моя чаша…

— Ничтожный! Ты вступил со мной в пререкания! Эй, стража! Взять его и кинуть под ноги моим слонам!

Когда стража бросилась на Сомилаку, он выхватил из-за пазухи глиняную чашу и сорвал с неё крышку. И сразу из чаши вырвались один за другим двадцать кулаков и начали бить бадшаха. С первого же удара бадшах оказался на полу. А кулаки без устали всё били его и били.

— Уйми их, Сомилака! — взмолился царь. — Уйми их, заклинаю тебя!

— Они исчезнут, когда мне отдадут мою волшебную чашу!

— Принесите волшебную чашу! — закричал придворным царь. — Скорее, иначе эти кулаки забьют меня насмерть!

Когда придворные прибежали с чашей, Сомилака скомандовал:

— Кулаки, — на место!

Потом он приложил руки к груди, поклонился и сказал:

— Прощайте, о справедливейший из повелителей. Пойду в свою хижину. Там давно уже ждут голодные мою волшебную чашу.