В это время на улице послышался скрип чьих-то сапог. Артемка поспешно спрыгнул с карниза и рысью помчался в харчевню.
На следующий день Артемка не показывался: он помогал своему отцу-сапожнику. Но, вбивая в подошву деревянные гвозди, он ни на минуту не забывал о шкатулке Перед закатом солнца он опять отправился к дому Горбунова и в харчевню явился уже в сумерки.
- Был, - сказал он. - Сейчас только оттуда. Ставни раскрытые. И колокольцы слыхал. Забавляется Гор-буниха чужой игрушкой. Ну, ничего, мы свое возьмем! Завтра после работы отправимся вместе
Весь следующий день я провел как в лихорадке. Часто выскакивал из харчевни и смотрел на солнце, скоро ли оно начнет садиться.
Наконец я потерял терпение, побежал к будке сапожника. Артемка сидел против отца на низеньком чурбане и с хрустом раз за разом втыкал шило в каблук чьей-то туфли.
- Бог в помощь, дядя Никита! - произнес я обычное приветствие.-Вам не пора кончать?
- Бог-то бог, но и сам не будь плох,-ответил Ар-темкин отец.-А кончать еще рано: видишь, сколько непочатого лежит!
Я с удовольствием втянул носом знакомый запах лака, смолы и мокнувшей в лохани кожи. Чтоб скоротать время, я попросил Никиту:
- Давай, дядя, я латку пристрочу! Ты не бойся, я умею. Меня Артемка уже учил!
Мы молча стали работать втроем. Но вот дядя Никита опустил плотно насаженный на колодку башмак и снял очки:
- Шабаш! Бросайте работу! Артемка, чисть селедку!
- Ты, батя почисть сегодня сам, а то у нас с Ко-стей времени нету, по делу надо спешить,-сказал Артемка.