К XVII в. Нижегородская, Иркутская и Ирбитская ярмарки уже широко известны в Европе, Азии и Индии. К этому времени на Западе в связи с образованием единого капиталистического рынка, возникновением товарных бирж и развитием системы сбыта через магазины, большие национальные ярмарки утрачивают свое былое значение. Они превращаются в сезонные торги, постепенно вытесняемые международными ярмарками и оптовой торговой сетью. В отличие от тенденций на Западе, в России национальные ярмарки практически не теряли своего значения вплоть до социалистической революции. Больше того, начиная со второй половины XIX в., они бурно развивались и множились.

Именно с середины XIX в. в России распространяется идея, что «ярмарочный сбор товаров должен преследовать, кроме торговых целей, и другие» [15]. В уставы российских ярмарок записываются такие пункты, как «просвещение публики, демонстрация усилий общества, направленных на прогресс в различных областях деятельности, показ реальных достижений и перспектив развития отраслей хозяйства» [16]. Поэтому уже тогда крупные ярмарки в России служили не просто центрами торговли, но и центрами обмена опытом, знаниями, техникой, искусствами, навыками ремесел, достижениями наук.

K началу ХХ в. вся Россия покрылась большими и малыми ярмарками, 87 % из них составляли сельскохозяйственные ярмарки, или «торжки», на которых крестьяне продавали свои запасы и в обмен покупали необходимые для своих нужд продукты. Около 12 % приходилось на ярмарки средних размеров, и лишь немногим более 1 % — на ярмарки, имеющие характер крупных временных оптовых торговых центров. К этому времени ярмарки, продолжающиеся менее 2 недель, были освобождены от налога [17].

Отправной точкой развития выставок в России можно считать упоминаемую в «Повести временных лет» демонстрацию киевским князем Олегом добычи, захваченной в Царьграде в 907 году: «Вернулся Олег в Киев, неся золото и паволоки, и плоды, и вино, и всякое узорочье… И прозвали Олега Вещим, так как были люди язычниками и непросвещенными» [18].