Все ребята побежали купаться. Наконец-то, настал момент, когда Сэнсэй остался один. Он стоял на мелководье, постепенно привыкая к прохладной, морской воде. Воспользовавшись его одиночеством, я стала рассказывать ему свой странный сон о Красном Всаднике, который приснился накануне ночью. Это необычное видение поразило меня своей небывалой реалистичностью, яркостью и эмоциональностью. Повествуя об этом Сэнсэю, я посетовала на то, что никак не могу вспомнить его смысл, помню лишь, что это было очень важно для меня. Вопреки моим ожиданиям полной расшифровки данного сна с физиологической и философской точки зрения, Сэнсэй лишь улыбнулся и, как-то загадочно посмотрев на меня, произнёс:

— Придёт время, и ты всё узнаешь.

Эти слова крайне заинтриговали мою особу, но Сэнсэй к этому больше ничего не добавил. Оставив меня в полной растерянности, он присоединился к компании наших молодцев, которые уже во всю резвились, пытаясь остановить своими богатырскими телами большие волны. «Странный сон. Странный ответ. И что бы это всё могло значить?» — вновь задумалась я.

Наблюдая за Сэнсэем со стороны, я не переставала в который раз удивляться, насколько естественен он был в, казалось бы, совершенно разных сферах реальности. В компании с ребятами он практически ничем не выделялся, разве что большей выносливостью и великолепным чувством юмора. Но, стоило, образно говоря, затронуть струны его духовной жизни, как от них начинала исходить прекрасная мелодия, чарующая своей необычной возвышенностью, простотой, утонченностью, и в то же время необыкновенной мудростью, которая прямо-таки притягивала к нему…