Жесткость, которая проходила через весь его образ, была частью не только физической, но и эмоциональной, интеллектуальной стороны его личности. Кимберли удивлялась, как мужчина, занимающийся производством хорошего вина, смог развить в себе такую бескомпромиссную, почти высокомерную силу. Белая рубашка, джинсы, поношенные ботинки, что были на нем сегодня, не давали и малейшего понятия о том, насколько он был богат, но этот стиль одежды сильно повлиял на ее отношение к нему.

— О чем вы задумались? — спросил он, когда она довольно надолго замолчала.

— О том, что вы не похожи на старого, маленького, веселого производителя вина, — сухо заметила Ким.

Его глаза на мгновение сузились.

— Возможно, это потому, что я не всегда делал вино. Но сейчас не о том. Давайте отложим разговор обо мне. Что такое могло случиться, что заставило вас позвонить мне сегодня?

Вздохнув, Кимберли машинально посмотрела туда, где стояла роза, но там было темно и ее не было видно.

— Это и в самом деле глупо.

— Сомневаюсь. У вас могут быть сверхъестественные идеи по поводу отношений между мужчиной и женщиной, но вы далеко не глупы. Моя семья должна вам больше, чем когда-либо сможет отдать. И я очень хочу сделать для вас что-нибудь, чтобы отплатить.

Кимберли снова беспокойно зашевелилась.

— Я бы не хотела, чтобы вы ставили такие условия. Я просто повела себя логично в тех обстоятельствах.

— Вы спасли жизнь моему племяннику. Кстати, он передавал вам большой привет. Когда я сказал Скотту, что собираюсь на побережье, чтобы навестить вас, он просил передать, что хочет еще раз поиграть в эту игру как-нибудь темной ночью.

Кимберли застонала и подняла глаза к небу в притворной мольбе.

— Вам нужно ему сказать, что в следующий раз ему придется играть одному. Я до смерти испугалась!

Она отчетливо помнила ту ночь два месяца назад, когда она выглянула в окно и увидела огни в обычно нежилом коттедже недалеко от ее дома.