– Да ничего, спите с хозяйкой, а мне более не говорите о любви. Как можно любить одну, а спать с другой?

Серж, немного поразмыслив, сказал:

– Думаю можно, но всё зависит от вас! Давайте уедем из этого дома вместе!

Маша засмеялась:

– Куда? Что мы будем делать и на что жить? Да и паспорт мой – у хозяина. Как вы сможете его получить?

– Ну, паспорт – не проблема, я поговорю с хозяином, как мужчина с мужчиной. Да и потом не забывайте, на дворе 1863 год, крепостное право отменили два года назад и вы вольны покинуть барский дом, если того пожелаете.

– Да, действительно, я как-то не думала над такой возможностью. Но…

– Вы хотите спросить: на что мы будем жить? Но первое время у меня есть деньги. Уедем в Москву, я давно мечтал туда отправиться, снимем дом, поженимся. Соглашайтесь, умоляю!!!

Маша колебалась: пылкий молодой человек буквально сразил её своим откровенным признанием, бурей чувств и эмоций. Девушка прекрасно понимала, что ей предоставляется, наконец, возможность покинуть опостылевший дом, где над ней все насмехаются. Возможно, даже она полюбит его, но позже…

– Да, я согласна… – ответила она. – Уедем и как можно быстрее.

Виктор Петрович в последнее время страдал сильнейшей подагрой и практически не покидал своих покоев. Когда же перед ним предстал молодой гувернёр, он необычайно удивился, привыкнув к тому, что все решения принимает жена, позволяя ему спокойно доживать свой век.

Барин, обложенный подушками, с ногами, опущенными в тазик с горячей водой, спросил:

– Что вам угодно, месье Серж? Что за дело такое привело вас ко мне? Неужели оно не под силу Елене Леонидовне?

– Вы совершенно правы, сударь – не по силу. Я прошу вашего дозволения жениться на Марии, белошвейке, дочери Евдокии.