– …слабак, что ли?

– На Пьера иногда находило, и тогда он любил произносить всякие речи. Думаю, тут ему просто захотелось покрасоваться перед полицейским, какой он весь из себя умный.

– … да-да, именно не такой слабак, другого слова не подыщешь, тот бы не струсил. Вот, так все и начинается. В конце концов эта мысль приходит к вам все чаще и чаще, а потом уже больше не покидает ни на минуту, все время тут как тут. Разбухает, разбухает, заполняет собой весь дом, и сколько ни борись с ней, все равно ничего не получается. А потом вдруг глядишь – все уже позади, все свершилось.

– Что это он там несет?

– Это Клер. Она обращается к Альфонсо.

– Да невесть что…

– В общем, наступает день, и вы все-таки совершаете это. Дело сделано. А что потом – это уже другая история.

– Что это тебя понесло?

– Кажется, тут Альфонсо рассмеялся.

– А понесло потому, что у меня тут возникла одна идейка. Кстати, этот господин думает точно так же. Впрочем, ты тоже. Вот мне и пришла охота произнести это вслух.

– Да прекратите вы, что вы, в самом деле…

– Да нет, лучше уж сдохнуть, чем такое…

– Я выхожу из-за стойки, направляюсь к Пьеру. Мы все в тот вечер вели себя точно легавые. Я настаиваю, чтобы он сказал вслух, что имел в виду, то есть выдал нам мысли легавого.

– Сейчас я сам попытаюсь объяснить, что он имел в виду. Он считает, что история, которую вы только что услышали, про этого сельскохозяйственного рабочего, убившего какую-то женщину… так вот, нечто в этом роде и произошло у нас в Виорне.

– Пьер не отвечает. Я не отстаю.