Например, Тирни.

До сих пор ему удавалось не засветиться на радарах шефа полиции Бертона. Он был твердо намерен и дальше держаться в тени. Это был вопрос жизни и смерти.

В такт своим шагам он начал перебирать в уме сведения о женщинах, похороненных на вершине. Кэролин Мэддокс, двадцать шесть лет, пышная грудь, красивые черные волосы, большие карие глаза. Объявлена в розыск в октябре прошлого года. Мать-одиночка, единственный источник существования для сына-диабетика. Зарабатывала на жизнь уборкой комнат на одной из местных туристических баз. Ее жизнь была беспросветной чередой тяжкого труда и испытаний.

Зато сейчас Кэролин Мэддокс могла наслаждаться миром и покоем сколько душе угодно. Как и Лорин Эллиотт, незамужняя блондинка, медсестра местной клиники, страдавшая избыточным весом.

Бетси Кэлхаун, домохозяйка, вдова. Она была старше остальных.

Торри Ламберт. Самая первая из них, самая юная, самая хорошенькая и единственная, не являвшаяся местной уроженкой.

Тирни ускорил шаг, стараясь обогнать не только непогоду, но и преследующие его мысли. Стволы и ветви деревьев стали покрываться наледью. Выступающие из земли валуны блестели, словно облитые глазурью. Шоссе, ведущее в Клири, круто петляло под уклон. Вскоре по нему невозможно будет проехать. Он должен убраться с проклятой горы, пока этого не случилось.

К счастью, внутренний компас не подвел его и на этот раз: он вышел из леса всего в двадцати шагах от того места, где вступил в него, и ничуть не удивился, увидев, что его машина уже покрылась ледяной коркой. Тяжелый спуск с вершины утомил его, участившееся дыхание вырывалось изо рта белыми облачками пара. Впрочем, одышка и учащенное сердцебиение могли быть вызваны вовсе не усталостью, а тревогой. Чувством бессилия. Или сожаления.