— Можешь, можешь, дорогуша, — протянула Мейми. — Верни мне парня, которого ты у меня увела. Хотя, если подумать… Он мне сто лет не нужен, хоть ты его долларовыми бумажками обклей и доставь мне прямо на дом. Кретин недоношенный! — Она рассмеялась над собственной шуткой. — Валим отсюда, ребята, — скомандовала она и направилась к выходу. — Здесь итальяшками воняет. Мне надо на воздух.

Троица отчалила, оставив Анну-Марию в недоумении.

К тому моменту, как ее пришел сменить Винни, она уже забыла о происшествии. Муж обнял ее, поцеловал, сказал, что красивее девушки на всем свете нет, и предупредил, чтобы домой шла осторожно, потому что под ногами скользко и надвигается буря.

— Пожалуй, я запру лавку и провожу тебя до дома, — предложил он. — Все равно никого нет.

Анна-Мария покачала головой:

— Я сама дойду, не волнуйся.

— Точно?

— Точно, Винни.

Он снова ее обнял и прижался подбородком к ее щеке.

Ей нравилось чувствовать его сильные руки, особенно когда ребенок толкался и Винни тоже мог это слышать. Втайне она мечтала о мальчишке. Для девочек жизнь слишком сурова, Анна-Мария это знала не понаслышке.

На полпути домой ей вспомнились злая блондинка и двое ее приятелей, похожих на бродяг. Что-то в них внушало недоверие — тем более что девица называла имя Винни. Анна-Мария вспомнила, что, когда только начинала работать в лавке, свекровь наказывала ей сообщать обо всем подозрительном. Подозрительное в этой троице точно было, и она пожалела, что не предупредила Винни.

Не обращая внимания на пронизывающий ветер, Анна-Мария повернула назад, чтобы сказать мужу об инциденте. В этот момент ребенок больно ткнул ее пяткой. Прижав ладони к животу, она с улыбкой пробормотала:

— Мой малыш. Бамбино.

Вдалеке послышался гром, но Анна-Мария была уже у самого магазина. Улица погрузилась во тьму, не видно было ни души: зная о надвигающейся грозе, люди попрятались по домам.