Соседку звали Джоли Санчес, она была женой делового партнера и друга детства Винсента — Нандо. Джоли тоже была необычайно хороша — кошачьи желтые глаза, капризные чувственные губки и длинные волосы цвета воронова крыла.

Винсент знал: стоит ему захотеть, и Джоли будет вся к его услугам.

Но он не хотел. Жены друзей были не его стихией, а тем более — жена делового партнера. К тому же у Нандо, наполовину колумбийца, наполовину француза, характер был взрывной. Как-то раз он отрезал ухо одному парню, который, как ему показалось, надул его в деле. Бедняга чуть не умер от потери крови, так что с тех пор Нандо стал думать, прежде чем давать волю своему темпераменту.

— Она обожает кинозвезд, — ответил Винсент и будто невзначай подвинул ногу так, чтобы Джоли пришлось убрать руку.

— А… Но среди них нет ни одного такого красавца, как ее муж, — пробормотала та, как всегда, прибегая к лести.

Винсент криво усмехнулся, не давая волю поднимающейся в груди злости. Повиснув на Энди Дейле, парне с жидкими темно-русыми волосами и мальчишечьей улыбкой, некогда прославившемся в одной-единственной картине, Дженна явно дискредитировала мужа. Энди Дейл прибыл в Вегас с подружкой — неприветливой темнокожей супермоделью Анаис. Но она успела так нанюхаться, что ей было ровным счетом плевать, с кем и как обнимается ее приятель. На ужин их привел Нандо, а сам быстро улизнул, сославшись на неотложную деловую встречу.

В последнее время Винсент все чаще задавал себе вопрос: не совершил ли он ошибки, женившись на Дженне? Она еще слишком молода, всего двадцать два года, и на удивление неопытна. Он-то все годы был весьма и весьма искушен — отец в свое время постарался. Когда Винсенту было семнадцать, его отец Майкл снял для него номер люкс в роскошном отеле и на двадцать четыре часа оставил наедине с двадцатилетней девицей по вызову, взяв на себя все расходы. Вот это был денек! Вот это был папаша!