— Знакомая история.
— У нее есть какие-нибудь родственники? Она могла отправиться домой.
— Мать в Канзас-Сити, по крайней мере, была там полтора года назад. Я пытаюсь разыскать ее.
— А вы зря времени не теряли.
— Ну, не все же начинают свой рабочий день в… — она взглянула на часы, — в десять утра.
— Мне по ночам лучше работается, лейтенант. — Кольт полез за сигаретой.
Алтея пристально посмотрела на него и покачала головой:
— Только не здесь, приятель.
Кольт послушно убрал сигарету в карман.
— Кому еще, кроме вас, доверял Биллингс?
— Не думаю, что он вообще кому-либо доверял. — Но Алтее было больно, потому что она точно знала, что одному человеку он все-таки доверял. Он доверял ей, но она каким-то образом ошиблась. И вот теперь он мертв. — У нас было соглашение. Я ему — деньги, он мне — информацию.
— Какого рода?
— Дикий Билл мог предоставить какую угодно информацию. Не было таких дел, куда бы он не сунул нос. Хотя в основном это были мелкие делишки. — Она передвинула бумаги на столе, аккуратно поправив выступающие из стопок края. — Он определенно был мелкой сошкой, но славился отменным чутьем и, как никто другой, умел сделаться абсолютно незаметным. Люди спокойно разговаривали в его присутствии, потому что он выглядел так, будто у него нет мозгов. Но он был умен. — Ее голос изменился, раскрывая Кольту то, в чем Алтея даже самой себе еще не призналась: она горевала. — Достаточно умен для того, чтобы не переходить черту, за которой у него могли возникнуть неприятности. Достаточно умен, чтобы не ошибаться. До вчерашнего вечера.