Глянув однажды в затравленные глаза Босса, Андрей внутренне приготовился к самому худшему, но в душе у него ничего не дрогнуло. Беречься ему теперь было не для кого, а для него самого его жизнь перестала иметь значение. Прошел день, и хорошо! Однако не проходящая боль постоянно напоминала ему о его предыдущих потерях, и он неожиданно для себя вдруг почувствовал, что теперь боится потерять и Босса, который, пребывая на грани паники, доверил ему свою жизнь. Андрей не хотел больше смертей. Кроме этого, он с удивлением понял, что просто жалеет Босса, жалеет этого самовлюбленного, с отвратительным характером, детину, который до того заигрался в крутой бизнес, что теперь вокруг него трупы можно было укладывать в штабеля, да и сам он ходил «над пропастью во ржи»… И ему, Андрею, предстояло теперь стать тем, кто удержит того на краю, не дав рухнуть ему в уже давно ожидавшую жертвы яму чужой алчности.
Андрей решил для себя, что постарается сделать все, чтобы Босс выбрался из этой мясорубки по возможности живым, и старался проводить с ним как можно больше времени.
Как-то незаметно, само по себе, сложилось так, что вскоре Андрей стал просто жить рядом с Боссом, практически неделями не появляясь у себя дома.
Босс все больше проникался доверием к Андрею и никуда не выезжал без его сопровождения. Похоже, он чувствовал себя спокойно только тогда, когда ощущал крепкое плечо Андрея рядом с собой на заднем сидении машины.
В последнюю пятницу июля, в конец издерганный Босс решил уехать на дачу на выходные. До этого он почти месяц торчал в городе, опасаясь дальних переездов по трассе. Но погода стояла замечательная, солнце жарило во всю, и Босс решился, наконец, позволить себе расслабиться на природе.