Вон мы с Ларисой едем. Но возможно, всех предупредили о том, чтобы писали и снимали «правильно»? Или будут предупреждать на месте? Мне-то пока никто ничего не говорил. Или в расчет не берут? Или считают своей? Или кое-куда не будут пускать? Предложат снимать оригинальности среднего класса и не приближаться к остальным? Хотя мне прислали ваучер в трехзвездочный отель… Там-то олигархов явно не будет.

Я вздохнула.

– Ты чего? – посмотрела на меня Лариса.

Мы уже сидели в салоне «Боинга-767», на двух креслах у иллюминатора. Места располагались в хвостовой части самолета (то есть самые дешевые). В центре салона, где в ряду по три кресла, народ уже активно распаковывал пакеты из дьюти-фри и разливал напитки различной крепости по предусмотрительно прихваченным с собой пластиковым стаканчикам. Стюардессы даже не пытались говорить, что это запрещено. Это были наши девочки, а в самолете летели исключительно наши люди, и все понимали: они все равно будут пить. У двух мужиков перед нами были свои граненые стаканы. Соседям слева (через проход) они объяснили, что без граненых стаканов испытывают дискомфорт. Из всего остального пьется как-то не так…

– А их еще где-то продают? – влезла с вопросом Лариса.

– Да, и даже в Петербурге можно купить, – ответил мужик и пояснил где.

Полет прошел в теплой дружественной обстановке. Народ пил, закусывал, знакомился, потом немного попели, правда, не танцевали. До драк тоже не дошло. Вероятно, народ берег силы для горнолыжного курорта.

По приземлении всех встречали большие или маленькие автобусы. Тут мы с Ларисой были вынуждены разделиться, но договорились дождаться друг друга в холле отеля – или просто попросить дать второй одноместный номер рядом. Мало ли у кого-то произойдет задержка…

Задержка произошла из-за микроавтобуса, который забирал народ с какого-то другого рейса и ехал по той же дороге, что и мы – но раньше нас.