— Не будь жестоким, — улыбнулся Гарри, — И у меня это вышло непроизвольно, просто…

— Да, просто ты у нас герой и прочая, прочая, — добродушно хохотнул Рон, — Мания спасения! Спасаем благородных дам от драконов и прилизанных придурков от отравления! О, и чересчур крикливых друзей, от декана факультета, — добавил он, увидев приближающуюся к ним профессора МакГонагалл.

— Поттер, я вас искала, — сказала она, подойдя к ребятам, — В пять часов вы должны прийти в кабинет директора.

— Зачем? — не понял Гарри.

— Месяц со смерти Дамбдора прошел, будут оглашать завещание, — сухо произнесла декан.

— А я тут причем?! — обалдело уставился на профессора Гарри.

— Вы указаны в завещании, — сказала, пожав плечами МакГонагалл, да еще и таким голосом, будто сообщила ему, что он — Гарри Поттер.

— А… э… — Гарри не смог выразить мысль, он лишь открывал и закрывал рот, — Но… э… я… но…

— В общем, мы вас будем ждать, — и, развернувшись, она ушла.

— Охренеть, — выразила общую мысль Реббика, — Гарри, ты никак его внук?

— Нет! — воскликнул Гарри, — Сам не понимаю какого черта ему упоминать МЕНЯ в завещании?!

— Кто его знает? Он всегда был безумным, — закатил глаза Рон.

— И у него нет ни детей и уж тем более внуков, — разумно осведомил ребят Невилл.

— Гениально! — Гарри вплеснул руками, — За что мне все это?!..

— За каждую не спасенную тобой жизнь, — страшно округлил глаза Рон.

— А вот это уже не смешно, — отрезал Гарри, — Я пошел, проведаю Дурслей.

— Зря ты так, — сказала Реббика, когда Гаррины шаги затихли, — Теперь он в депрессии.

— Депрессия это его второе я, — буркнул Рон.