— Сколько Мерлину лет? — спросила она внезапно.

— Я не думаю, что теперь это имеет какое-то значение, дорогая, потому что он умер, — просто ответила тетя Джулия.

— О, мне очень жаль. Когда поминки? — В ее клане были не столь уж сильны ирландские традиции, просто они очень любили вечеринки и все, без исключения, ненавидели траур.

— Послезавтра. Ты, конечно же, будешь на них присутствовать?

— Конечно. А где именно? — В последний раз их семья справляла поминки в Новом Орлеане, тогда, как помнила Мэгги, было устроено торжественное шествие под звуки труб.

Тетя Джулия глубоко вздохнула, и впервые за все время разговора в ее голосе прозвучало раздражение:

— Он пожелал, чтобы его пепел был развеян над Диснейлендом, но власти даже и слышать об этом не захотели. Сайрус попытался уговорить их, но и он ничего не смог поделать. Мы остановились на Ниагарском водопаде, это, конечно, не так хорошо, но Мерлин много раз говорил, что хотел бы спуститься по нему в бочке.

Мэгги восприняла это все без тени удивления.

— Ну что ж, водопад — почти так же хорошо, как и Диснейленд. Я постараюсь попасть туда. Отчего он умер?

— Полиция расценивает его смерть как несчастный случай, Мэгги, но это просто смешно. Он был убит, — тетя Джулия высказала свое мнение тем же безапелляционным тоном, каким бы сказала, что идет дождь, находясь посреди грозового фронта, — тоном абсолютно непогрешимой инстанции. Бесполезно было даже пытаться возразить ей. Только дядя Сайрус, как каждому было известно, мог успешно оспаривать ее категоричные утверждения.

— В самом деле? — удивилась Мэгги. — Члены нашего семейства обычно умирают естественной смертью.

Ее странная семейка, пожалуй, побила все рекорды по долголетию своих членов, отменному здоровью и удивительно малому числу врагов.