Марис не могла не чувствовать тяжесть его покрытых волосами ног на своих ногах, давление его бедер. Несколькими минутами раньше она осознала, что мужчина тщательно контролирует каждое свое прикосновение, и поэтому, несмотря на близость их тел, не возникало ощущения интимности происходящего. Но теперь ситуация изменилась. Дело было не только в его возбуждении, но и в том, как Макнил удерживал ее под собой, словно их краткая схватка сдернула с него маску жесткого самоконтроля и спровоцировала на, обдавшую их обоих жаром, чисто мужскую реакцию. Марис глубоко вздохнула, ощущая, как незнакомое волнение охватывает ее, заставляя быстрее биться сердце, а каждую клеточку тела трепетать от пробуждения к жизни. Та, глубоко запрятанная дикая и неистовая часть ее натуры, о которой она всегда догадывалась, но которую ни один мужчина до этого так и не сумел затронуть, теперь ликовала в страстном удовлетворении от того, как он ее обнимал.

– Копы тоже не всегда их носят.

Ее комментарий относительно нижнего белья определенно его беспокоил. Марис снова улыбнулась. Темные глаза девушки были полузакрыты в чувственном наслаждении от незнакомого ощущения тяжести мощного мужского тела. Чрезвычайно возбужденного мужского тела.

– Как скажешь. Никогда раньше не видела раздетого копа. А чем конкретно ты занимаешься?

Мгновение он молчал, разглядывая ее лицо. Она не знала, что он там увидел, но его черты стали менее напряженными, и он еще сильнее навалился на нее.

– А конкретно я из ФБР, специальный агент.

Федеральный агент? Девушку как будто вырвали из окутавшего ее чувственного тумана. Марис растерянно посмотрела на него.

– Не думаю, что похищение лошади является федеральным преступлением.

Он почти улыбнулся.

– Оно и не является таковым. Слушай, если я тебя отпущу, ты снова попытаешься меня убить?

– Нет, обещаю. Кроме того, я не пыталась тебя убить. Даже если бы хотела, мне с тобой не справиться.