
— Прежде всего, — сказал капитан, — присядьте. Я бы хотел спросить вас кое о чем.
— Да, сэр. — Линд присел напротив капитана.
— Я просмотрел ваши результаты, рядовой Линд. Они впечатляют. Действительно впечатляют.
Лицо Линда ничего не выражало.
— Спасибо, сэр.
— Вы таинственный человек, а, Линд?
— Боюсь, что я не совсем вас понимаю, сэр. — В голосе его не было и намека на то, что происходило в его душе.
— Похоже, никто ничего о вас не знает: откуда вы родом, с кем поддерживаете отношения и есть ли у вас семья. — Капитан вопросительно смотрел на него, ожидая ответа. Линд немного подумал и честно ответил:
— Но, сэр, когда я вступал в ряды армии, никто не интересовался моей родословной, да я и не думал, что это может для кого-то представлять интерес.
— Понятно! — Капитан что-то записал. — Но Стратегическое Управление, рядовой Линд, волнует ваша, как вы изволили выразиться, родословная. Мы очень придирчиво отбираем кадры. Проводим тщательную проверку всему личному составу — ведь речь идет о сохранении государственной тайны, правда?
Линд молчал, размышляя, к чему тот клонит.
— Так откуда вы родом? — спросил капитан.
— Из Балтимора.
— Семья?
— У меня нет никого, — ответил Линд без колебаний.
Капитан поднял глаза:
— Близкие друзья?
— Я никогда не нуждался в них, — просто сказал Линд.
Капитан сделал еще какие-то пометки.
— А все-таки придется пройти через сортировку, — заявил он наконец. — Помимо обычной проверки из соображений безопасности, вас протестируют на пригодность…
Джеймса Линда послали в место, известное лишь как Станция С, в пригороде Вашингтона, где и другие кандидаты должны были подвергнуться суровым трехдневным испытаниям на физическую и умственную пригодность. Серия тестов включала в себя психологическую проверку и нормированные задания, призванные оценить способности кандидата думать и действовать в экстремальных условиях. Этот экзамен был невероятно сложен, но посредством его выявлялось особое сочетание качеств, которое СУ требовало от своих будущих тайных агентов: стальные нервы, прекрасные физические данные и лингвистический дар.
