— Этой красивой маленькой красной?.. — начал было Фрэнк, но Молли метнула на него гневный взгляд, и он смущенно кашлянул в кулак.

— Шантел, ты только несколько недель назад получила водительские права. — «Терпеть не могу читать нотации», оборвала себя Молли, которой самой стало противно от своих слов. — Мы с отцом думаем, что ты должна водить машину только в присутствии кого-нибудь из нас, — произнесла она, не давая дочери возможности возразить. — Садиться за руль чужой машины — большая глупость.

— Но мы ведь катались по проселочным дорогам. — Шантел подошла к матери и поцеловала ее в обе щеки. — Не беспокойся. Мне же надо иногда развлекаться, иначе я завяну.

Но Молли не поддалась на ее уловку и твердо стояла на своем.

— Шантел, ты слишком юна, чтобы кататься в машине с мальчиком.

— Майкл вовсе не мальчик. Ему уже двадцать один год.

— Это только подтверждает мою мысль.

— Он — тупоголовое животное, — спокойно произнес Трейс, выходя в коридор.

Шантел с пылающим взором обернулась к нему, но брат только поднял бровь.

— И если я узнаю, что он посмел дотронуться до тебя, я набью ему морду.

— Это не твое дело, — резко бросила Шантел. Одно дело выслушивать нотации от матери и совсем другое от брата. — Мне не шесть лет, а шестнадцать, и я уже устала от вашей опеки

— Что ж, очень плохо. — Он взял ее рукой за подбородок и не выпустил, когда она попыталась вырваться. Трейс представлял собой более грубый, мужской вариант красоты Шантел.

Глядя на сына и дочь, Фрэнк ощутил такой приступ гордости, что опасливо подумал, как бы не лопнуть.

Его дети были полны энергии, и в этом больше походили на мать, чем на него. Он безумно любил их.