— Да, кажется, так. Спасибо, Абигейл, за то, что все устроила.

— Да ты сама главным образом постаралась. Не помню, чтобы когда-нибудь у меня был клиент, который все понимал с полуслова, тем более такой, что мог меня чему-то научить.

Она снова взглянула на вещи в машине, не скрывая своего удивления их скромным количеством.

— Я не думала, что ты серьезно была намерена уехать сегодня же. Ты решительная женщина, Виктория.

— У меня нет причин здесь задерживаться.

Абигейл открыла рот, покачала головой.

— Честно говоря, я завидую тебе. Вот так быстро собраться, взять самое необходимое и отправиться на новое место, к новой жизни, новым начинаниям. Но факт остается фактом, я на такое не способна.

— Может быть, я и начинаю все заново, но возвращаясь для этого к своему началу. Мои родные и сейчас живут в Прогрессе.

— Иногда, чтобы вернуться к своим корням, требуется больше решимости, чем поехать куда-нибудь в новое место. Надеюсь, ты этому рада, Тори.

— Я буду в порядке.

— Быть в порядке — это одно. — К удивлению Тори, Абигейл взяла ее за руку, наклонилась и легонько коснулась ее щеки губами. — Но другое — быть счастливой. Будь счастлива.

— Я собираюсь ею быть. — Тори отняла руку. Было что-то особое в этом рукопожатии. Она уловила тень сочувствия во взгляде Абигейл.

— Ты все знала?

— Конечно, знала, — и Абигейл легонько сжала пальцы Тори, прежде чем их отпустить. — Вести из Нью-Йорка доходят и сюда. Ты изменила цвет волос, но я тебя узнала. У меня хорошая память на лица.

— Так почему ты молчала? Не спрашивала ни о чем? Спроси сейчас.

— Я представляла твои деловые интересы. А в личную жизнь без приглашения не собираюсь. Если бы ты хотела, чтобы я узнала о Виктории Муни, наделавшей шуму в нью-йоркской прессе несколько лет назад, то сама бы обо всем рассказала.