Пугающее волнение струилось по ее телу, выходя за пределы простого удовольствия и становясь неумолимым желанием. Холод был забыт. Жар внутри разросся до того, что сердце забилось в сумасшедшем ритме, ударяясь о ребра. Так вот что он подразумевал под словом «воспламенить». Он тоже ее воспламенил. Мысль, что он чувствовал такое же волнение и невероятное желание, кружила голову. Мэри непроизвольно издала мягкий звук и прижалась сильнее, не в силах контролировать чувства, разбуженные его умелыми поцелуями.

Руки Вульфа до боли стиснули ее талию. Низкий, рычащий звук вырвался из горла. Он оторвал ее от пола, распластал по своему телу, бедра к бедрам, и наглядно продемонстрировал свой ответ на ее близость.

Она не знала, что так может быть. Она не знала, что желание может быть таким жгучим, заставляя забыть предупреждения тети Ардит насчет мужчин и грязных штучек, которые они любят проделывать с женщинами. В свое время Мэри практично предположила, что эти штучки не могут быть грязными, иначе женщины бы их не допустили. Но она никогда раньше не флиртовала и не пыталась найти возлюбленного. Конечно, в колледже и на работе она общалась с мужчинами. Отношения с ними сложились ровные и спокойные, с некоторыми даже дружественные. Но никто и никогда не звонил домой и не придерживал дверь перед скромной серой мышкой. Предшествующие отношения с мужчинами не подготовили ее к силе объятий Вульфа Маккензи, голодным поцелуям, твердости прижимающейся к лону плоти. Она не знала, что сама может захотеть большего.

Неосознанно Мэри обвила руками шею Вульфа и начала тереться, мучимая усиливающейся жаждой. Ее тело горело, болело, требовало все сразу и сейчас. Опыта противостоять этому не было. Новые ощущения все прибывали, затапливая волной разум, перегружая нервные окончания.