— Правильно. Через Эллисон я сразу же свяжусь с вами, если возникнет какая-нибудь проблема.

К счастью, когда Эллисон жила в Селкерке с Лорел, она изображала из себя вдову с новорожденным младенцем. Она носила траурную одежду и никогда не выходила в деревню, чтобы ее не могли узнать в замке Тремейн.

Агнес тяжело вздохнула:

— Надеюсь, вы обе знаете, что делаете.

Корри считала, что она все предусмотрела. Она знала, например, что граф находится в своем замке несколько недель. Тетушка Агнес сказала ей, что он был в замке во время гибели Лорел и до этого прожил там несколько месяцев. За последнее время он все чаще оставался жить в деревне.

Возможно, он нашел себе новую жертву.

Выглянув в окошко, Корри увидела, что они приближаются к постоялому двору «Курица и ворон». По ее телу пробежала дрожь предвкушения. Она войдет туда в траурной одежде, спрятав лицо под черной вуалью, но уже утром, когда она выйдет из гостиницы, все будет по-другому.

Она будет одета как подобает добропорядочной молодой женщине, столкнувшейся с жизненными невзгодами. Одежду для нее Эллисон приобрела у местного старьевщика: несколько слегка поношенных дорожных костюмов, поношенные дневные платья из муслина и несколько неприметных, но вполне практичных вечерних платьев с чуть потертыми манжетами и слегка засаленными подолами.

Хотя платья были совсем не такими, какие она обычно носила, Корри не возражала.

Даже эти невзрачные платья были все же лучше траурных одеяний, напоминавших о том, что она не пришла на помощь сестре, когда та так нуждалась в этом.

Глава 4

Грейсон Форсайт, шестой граф Тремейн, немного приподнялся в седле, которое под его весом скрипнуло, и окинул взглядом свои владения, простиравшиеся вокруг замка Тремейн.