— Надежда Антоновна Чекалина?

Сидевшая ближе к нему полная женщина лет пятидесяти вздернула острый нос и с негодованием произнесла:

— Товарищ Таранцев, я вам ответственно заявляю, что все это никуда не годится! Вы должны немедленно повернуть обратно! В противном случае я позвоню своему мужу, а у него большие связи в Аэрофлоте, и у вас будут крупные неприятности.

Артем демонстративно пропустил мимо ушей обещание неприятностей и улыбнулся своей самой что ни на есть обворожительной улыбкой. По-видимому, дамочка продолжала жить в другом измерении, в котором все еще существовал Аэрофлот и колбаса за два двадцать. Но тем не менее Таранцев постарался ее успокоить:

— Надежда Антоновна, я постоянно летаю по этому маршруту, и, поверьте, в нем нет ничего страшного.

Но на лице женщины уже отчетливо проступил страх — страх не перед полетом, страх перед высотой. Сидя в комфортабельном салоне авиалайнера, она могла побороть его, потому что там высота ощущается по-другому. Далекую землю закрывают облака, и нет жуткого чувства, что летишь над пропастью. В вертолете к тому же отсутствовало то самое внутреннее оформление, что делает салон самолета похожим на гостиную, здесь было все до предела упрощено. Голый металл, побитый и исцарапанный, да многочисленные детали, трубы и провода — изнутри машина напоминала собой вскрытое для исследования тело гигантского животного.

И тут вертолет резко дернулся вниз. С лица Артема моментально слетела улыбка, но машина выровнялась и вновь заскользила над первыми, еще невысокими холмами, и Таранцев еще раз уверил вконец испуганную Чекалину:

— Все будет хорошо, Надежда Антоновна! — и повернулся к последней сидящей в этом ряду женщине.

Несомненно, это была Агнесса Дыль. Высокая загорелая женщина с готовностью улыбнулась ему.