— Хорошо. Предупредите пассажиров. Велите им застегнуть ремни и держаться покрепче за сиденья.

— Обойдутся! — процедил бандит с автоматом, но у Артема уже не оставалось времени на возражения, тем более на споры и увещевания.

— Ладно, раз вы настаиваете, придется рисковать. Но предупреждаю: никаких резких движений и клацаний затворами. Этим вы здесь не поможете. Я не камикадзе и таранить скалы, чтобы замочить двух черножопых, не собираюсь.

Бандит за его спиной выругался сквозь зубы и замолк.

Закладывая крутые виражи, Артем дважды провел вертолет над пятачком. Замахнулся на третий круг, потом на четвертый. Кавказцы не реагировали, возможно, считали, что так и следует заходить на посадку пассажирскому вертолету. Артем же надеялся, что пассажиры должны за это время понять, что что-то не в порядке. Ни один нормальный вертолет не кружит столь долго над посадочной площадкой, правда, этот пятачок вряд ли оправдывал столь громкое название. Он прислушался, но за ревом двигателей нельзя было понять, происходит ли что-нибудь в салоне, обеспокоены ли пассажиры маневрами между скал.

Может, они уже догадались, в чем дело, и собираются что-нибудь предпринять? Но разве им справиться с двумя вооруженными бандитами?

В разношерстной и разновозрастной компании туристов Артем не заметил ни одного человека, способного на столь отчаянный и безрассудный поступок. Женщины, пожилые мужики… Разве только журналист или этот предприниматель… Как его? Шевцов, кажется? И тут же все мысли вылетели у него из головы, кроме одной-единственной: как не разбить вертолет вдребезги.

Площадка была совсем крошечной, и, даже когда вертолет завис в десятке метров над ней, она не показалась больше. Артем напрягся. Снег, взвихренный вингами, мешал обзору, и он проворчал: