Еще одно событие – Праздник Наций, где собирались граждане более девяноста стран, готовившие свои национальные блюда. Издалека в город приезжали армяне и бразильцы, пакистанцы и танзанийцы, ливанцы и австралийцы, мозамбикцы и ангольцы, арабы и израильтяне, люди со всего света. Великое гастрономическое братство народов! Своего рода ООН ножей и вилок, супов и закусок, перца и гвоздики.

К сожалению, в остальном милуокская жизнь текла размеренно и скучно. Толстый слой снега зимой (до метра) заставлял не выходить из дома без особой нужды. Пленники домашнего очага… Правда, семья Картрайтов была очень дружной. Например, в этот день, пока отец одевался, а мать готовила, двое юных юбиляров оттачивали свои умения, которые пригодятся им в будущем. Гельмут играл на скрипке, а Линда одевала куклу.

Оба были детьми молчаливыми, даже слегка угрюмыми. Это им очень шло, особенно зимой. Они хотели пойти по стопам родителей. Отец был инженером-кораблестроителем, а мать… Кем будет Линда, когда вырастет? Она бы хотела быть как мама, но… Каждый раз, объясняя, за что ей платят деньги (немалые деньги), Дженет конфузилась, запутывалась, и девочка с каждым разом понимала все меньше.

Профессия миссис Картрайт была настоящей тайной.

Она подолгу оставалась в Милуоки, посвящая себя каждодневным делам, занимаясь тщательной уборкой. А иногда целыми месяцами не появлялась дома, писала редко и, казалась, забывала на это время родных. Соседи ничего не знали, муж подозревал кое-что, но не был уверен. Однако слепо верил жене, считая, что она в жизни неспособна ему изменить.

Да и зачем?

Миссис Картрайт не была образцом совершенства. Смысл жизни для нее был в детях, которые должны быть здоровыми и крепкими, примерными гражданами, защитниками американского образа жизни. Должен с грустью признаться, что Дженет не уделяла должного внимания исполнению супружеского долга. Когда муж просил делать это почаще, она сурово отвечала: