Ева знала, что здесь произошло. Она уже все видела по растерянным лицам спутников Санты в костюмах эльфов.

Она направилась к ним. Полы ее длинного черного кожаного пальто развевались на ледяном ветру. Короткие темно-каштановые волосы обрамляли ее лицо с узкими скулами. Все ее тело было словно вытянутым – длинная шея, руки, ноги, даже продолговатые глаза цвета доброго виски многолетней выдержки. И, как весь облик, эти глаза говорили, что их обладательница – коп.

– Парень в костюме Санты – ваш приятель?

– О черт, Тюфяк! О черт!

Один был черный, другой – белый, но в этот момент оба они выглядели скорее серо-зелеными, и их можно было понять. Парням было под тридцать, а их недешевые маскарадные костюмы наводили на мысль о том, что они – сотрудники среднего звена в фирме, чья рождественская вечеринка была прервана столь жестоким образом.

– Я договорюсь, чтобы вас обоих отвезли в Управление полиции, где вы дадите показания. Советую вам добровольно согласиться сдать анализы на наркотики. Если же вы откажетесь… – Ева выдержала паузу и торжествующе улыбнулась: – Мы их все равно получим. Не по-хорошему, так по-плохому.

– Вот дерьмо… Он мертв, он же мертв, верно?

– Считайте, что это подтверждено официально. – Ева повернулась и сделала знак своей напарнице.

Детектив Пибоди, склонившаяся над телами, распрямилась и направилась к Еве. Ее черные волосы были уложены по последней моде, а вот лицо, заметила Ева, стало заметно бледнее. Тем не менее она держалась.

– Провела опознание по обеим жертвам. Личности установлены, – отчиталась Пибоди. – Санта – это Макс Лоренс, двадцать восемь лет, проживает в средней части города. Парень, который… гм… прервал его полет, – Лео Джейкобс, тридцать три года, жил в Квинсе.

– Эти двое пусть сдадут кровь на анализ. Снимем с них показания, когда все тут закончим. Полагаю, ты захочешь подняться, осмотреть место, поговорить с другими свидетелями.