«С ума сойти, – подумал Томас. – Неземная страсть по меркам Эда Стовала».

Хотя кто он такой, чтобы кидать камень в чужой огород? У него самого в последнее время вообще никакой личной жизни нет.

– Эд, вы слышали сплетни о том, что Мередит Спунер баловалась наркотиками?

– Слышал, – отозвался Эд, провожая глазами фигурку Элиссы.

– Вчера я разговаривал с одним человеком, который знал ее очень близко. Она сказала, что Мередит ненавидела наркотики и никогда в жизни к ним не прикасалась. Вам это ничего не напоминает?

Вздохнув, Эд перевел взгляд на Томаса.

– Мы уже обсуждали это, Уокер.

– Просто хотел быть уверенным, что вы в курсе.

– Похоже, ваш братец опять взялся за свои выдумки. Передайте ему, что расследование обстоятельств смерти Бетани Уокер закрыто. И может быть возобновлено только в одном случае – если вы найдете реальные доказательства своих фантазий.

– Само собой. Всегда приятно знать, что вы открыты для новых предложений и готовы помочь людям.

– Вам надо заставить брата пообщаться с психоаналитиком. – Эд завел мотор и добавил: – А может, и самому пора туда же. Похоже, вы теперь тоже разделяете его безумные теории.

Краем глаза Томас увидел, что Ренч задрал лапу на колесо полицейской машины. К счастью, Эд не заметил такого вопиющего оскорбления офицера при исполнении: он собирался выруливать на дорогу.

Томас и Ренч посмотрели ему вслед, и хозяин сказал псу:

– Это было хулиганской выходкой.

Пес ухмыльнулся, и хозяин добавил:

– Что ж, может, я тоже схожу с ума, как Дэки, но, по крайней мере, я никогда не приезжал посмотреть, как женщина занимается физкультурой. Этот бедняга, должно быть, в полном отчаянии.

Ренч одарил хозяина многозначительным взглядом, и Томас поспешно сказал:

– Нет-нет, пожалуйста, не сравнивай. То, что мы стерегли квартиру в Лос-Анджелесе в ожидании мисс Хаттон, – совершенно другое дело. Ничего личного – только бизнес.