Порция вздернула подбородок.

– Да, – без колебаний ответила она. Афродита улыбнулась.

– Дорогая леди, я не пытаюсь смутить вас. Я привыкла говорить с клиентами откровенно, чтобы внести в дело полную ясность, вот и все.

– И за это я очень вам благодарна. Я не привыкла к подобной прямолинейности, мадам. Новизна освежает чувства.

– Тогда позвольте мне продолжить. Вы ведь не девственница? Я спрашиваю потому, что ваш муж был совсем не молод. Он оставался мужчиной?

Даже мать не решалась задавать ей такие вопросы. Да она бы упала в обморок, начни Порция обсуждать с ней поведение мужа в постели. Но сейчас Порция испытала странное удовольствие, беседуя об интимных подробностях, которые хранила целых десять лет.

– Да, он сохранил потенцию, но до замужества я была девственницей. Меня так строго воспитывали, что никаких других вариантов просто не существовало. К тому же я не интересовалась молодыми людьми. О, я была очень серьезной девицей! Никаких любовных мечтаний, никаких фантазий! Мне твердо вбили в голову, что главное – удачно выйти замуж. День за днем я слышала, что от меня зависит благополучие семьи. К своему долгу я относилась весьма ответственно.

Порция говорила правду. Ну, почти правду. Один мужчина все-таки был. Не мужчина, юноша. Она влюбилась и мечтала отдаться ему. Впрочем, мечтала вполне невинно. Разумеется, сам он ни о чем не подозревал. Молодые люди обменялись всего парой фраз, но Порция все лето думала только о нем, а осенью вышла замуж. Она и не вспоминала о своем увлечении. Жизнь ее изменилась. И вот однажды забытые мысли о юной любви вернулись. Но теперь они были не такими невинными…

Афродите незачем о них знать, незачем знать о темных фантазиях, заполняющих ее сны и бессонные ночи.

– Выйдя замуж, я… я поняла, что физическая сторона брака мне приятна, но мой муж действительно был слишком стар и вскоре оказался не в состоянии выполнять супружеские обязанности.