– Послушай, Арина, – сказала высокая, – не хочешь ли ты вечером поужинать с нами? Соберется небольшое общество… В новой загородной усадьбе, которую недавно купил Попов (этот Попов был богатейшим городским купцом, человеком зрелых лет и отталкивающей наружности)… Он устроил дом самым оригинальным образом. Представь себе, там нет ни одного стула, только диваны. Уверяю тебя, на это стоит взглянуть.

Низкорослая ретиво вмешалась:

– Музыкантов он прячет в соседней комнате. Их слышно, но они остаются невидимыми. И потом он придумал кое-что совершенно оригинальное. Свет дают только коротенькие свечи, которые гаснут одна за другой.

– А кто, пирует на этих диванах? – спросила Арина. – Я не представляю себя рядом с Поповым.

– Несколько его друзей, очаровательные люди. Но почему же ты не хочешь пойти к Попову? Он безумно влюблен в тебя, моя дорогая; он мечтает и говорит только об Арине Николаевне. Ты непременно должна пойти с нами.

– Премного благодарна, – ответила Арина. – Попов отвратителен.

– Но как остроумен! Наконец, ты должна послушать, как он поет… Он чарует, он совершенно преображается!

– Пусть поет без меня, – ответила Арина, останавливаясь. – У меня нет желания видеть ни его усадьбу, ни его диваны, ни его свечи – ни сегодня, ни завтра! Передайте ему это.

– Он умрет от отчаяния.

– Пусть утешится водкой.

Она рассталась с девушками. Взволнованные отказом, обе продолжали свой путь, оживленно беседуя.

– Просто смешно, как она заставляет себя упрашивать, – заметила высокая.

– Попов будет недоволен, – добавила маленькая.

Арина вышла в небольшой садик, скорее, параллельную улице аллею, обрамленную деревьями и кустами роз.