– Я не думаю о любви, мама! – девушка судорожно сглотнула и решительно заявила: – Мне вовсе не нужна возвышенная и страстная любовь! Я хочу всего лишь свободы…

– Ты не хочешь слышать ничего, о чем я тебе говорю! – в отчаянии воскликнула мать. – Похоже, ты и впрямь еще слишком молода, а потому не хочешь понять, какие трудности ожидают девушку, осмелившуюся жить самостоятельно. Поэтому советую предоставить матери решать, что лучше для тебя, – сердито заметила Аманда. – Я день и ночь думаю о твоем будущем. И поверь мне, не каждой дочери мать сумеет найти такую отличную партию. Как можно быть такой бессердечной и неблагодарной!

– У меня есть сердце! – горячо воскликнула Элиза. – Но я предпочитаю жить так, как считаю нужным, и никогда не соглашусь быть полусветской красоткой! Я не собираюсь продавать себя, подобно уличной девке. Похоже, фрау Розенмильх, вам не терпится выставить меня за двери, да еще и нажиться на этом деле? – не удержавшись, язвительно заметила Элиза. – Быть может, вы ожидаете, что я упаду перед вами на колени, неустанно благодаря за столь трогательную материнскую заботу?

Аманда испуганно заморгала. Она никак не ожидала услышать от единственной дочери упрека в жестокости.

– Наглая девчонка! – не сдержав негодования, рассерженно заявила она. – Как ты смеешь говорить гадости своей матери? Отправляйся к себе в комнату и подумай о своем поведении. Советую подготовиться к новой встрече с тем, кого я для тебя выбрала, – сердито приказала она. – Я не намерена больше слушать весь этот бред, и в самое ближайшее время ты станешь любовницей барона… или другого подходящего богача. Прочь с глаз моих.