– Майлз вконец испорчен, – объявила Джорджи. – Натаниэль Прайд – его лучший друг, и я не понимаю, почему Майлзу доставляет такое удовольствие причинять зло.

– Ах, дорогая, – заговорила Габриэль, – следует ли мне попросить прощения у лорда Прайда?

Выражение лица Габриэль изменилось. Ее взгляд стал теплым, а лицо – приветливым, когда она улыбалась своей кузине.

– Джорджи, я не хотела ставить тебя в неловкое положение, обидев твоего гостя.

– Чепуха! – воскликнула Джорджи. – Мне он самой не нравится, но он самый близкий друг Саймона. У них деловые отношения. – Она пожала плечами. – И мне кажется, что бы он там ни говорил, Натаниэль каким-то образом связан с правительством. Но он такой скрытный! Если хочешь знать, он пугает меня. У меня всегда язык костенеет в его присутствии.

– Нет, меня он не пугает, – ответила Габриэль. – Правда, глаза у него, как камни на дне пруда.

Тут дворецкий пригласил всех к обеду, и Габриэль отправилась в столовую под руку с Майлзом Беннетом. Натаниэль Прайд сидел напротив нее за столом, и она могла украдкой разглядывать его, поддерживая болтовню своих соседей. Она подумала о том, что нашла точное сравнение: его глаза действительно были похожи на камни. Серо-зеленые и холодные, они ничем не выделялись на его худом лице с четко очерченным ртом и орлиным носом. Он напоминал ей какого-то безумного охотника. От него исходила необъяснимая сила. Но самым удивительным в нем были волосы, тронутые сединой. Они были жесткие и темные лишь на висках. Вдруг ей стало не по себе от пристального взгляда: Габриэль поняла, что лорд Прайд заметил, как она его разглядывает… И, надо признаться, девушка делала это с явным интересом.

Подумав с радостью о том, что она редко краснеет, Габриэль переключила свое внимание на человека, сидящего слева от нее, и с оживлением поинтересовалась, читал ли он «Айвенго» Вальтера Скотта.