И к тому же — эта ее манера. Коул любил женщин, которые выглядят так, как будто им будет весело и в постели, и вне ее. Ему нравились женщины, которые могут и сами посмеяться, и его рассмешить. Но это чопорное маленькое создание с пристальным взглядом вряд ли пошутит и, похоже, совсем не склонна к юмору. Выглядит как учительница, которая не принимает извинений за несделанные домашние задания, или как дама, которая складывает букеты цветов для церкви каждое воскресенье. В общем, женщина, которую вы видели каждый день, пока подрастали, но никогда как-то не приходило в голову узнать, как ее зовут.

Замужней она не выглядела. И не выглядела так, будто хоть раз когда-нибудь была с мужчиной в постели, и мужчина прижимался к ней в поисках тепла. Если у нее и был мужчина, он, возможно, надевал длинную ночную сорочку и колпак, и то, чем они занимались вдвоем, они делали единственно для увеличения человеческого рода.

Он тянул время, раскуривая тонкую сигару, чтобы немного подумать — и прийти в себя. Он столько путешествовал и столько встречал народу, что должен был бы стать быстрым и точным экспертом в оценке мужчин и женщин. Но с этой пока ничего не получалось. Когда он был моложе, не сейчас, в свои тридцать восемь, он обычно полагал, что женщины, такие как эта, просто умирают от желания, чтобы их воодушевил мужчина. А теперь он точно заучил, что женщины, выглядящие холодными, по большой части холодными и бывают. Однажды он месяцы потратил, упорно трудясь над обольщением чопорной маленькой женщины, отчасти похожей на эту, все время мечтая о дремлющем вулкане, находящемся под ее плотно застегнутым на все пуговицы платьем. Но когда наконец он отбросил ее пантолоны, она просто лежала, сжав кулаки и стиснув зубы. И тогда один-единственный раз в жизни у него ничего не получилось. После этого он решил, что легче ухаживать за женщинами, которые выглядят так, как будто его осаду поощряют.

И вот сейчас перед ним одна из этих фригидных, по-мышиному маленьких крошек, в этом ее платье, застегнутом до подбородка, с локтями, прижатыми к телу, и хотя он их не видел, но был уверен, что и колени у нее стиснуты тоже.